Тема для размышления

​

Ирина Яворская

ВОСПИТАНИЕ БЕЗ ПРИНУЖДЕНИЯ

 

18 октября родился Кир БУЛЫЧЁВ

(наст. имя и фамилия — Игорь Всеволодович Можейко; 1934-2003), русский писатель, учёный

​

Кир Булычев окончил переводческий факультет Института иностранных языков. Всю жизнь работал в отделе Юго-Восточной Азии Института востоковедения РАН. Серьезный ученый, Игорь Можейко, стал одним из любимейших детских авторов конца XX века. Его книги: “Девочка с Земли”, “Сто лет тому вперед”, “Миллион приключений”, “Непоседа”, “Пленники астероида” и многие другие – объединили огромное число поклонников фантастики, детей и взрослых. Также его перу принадлежит великое множество совсем других, совершенно не похожих друг на друга книг: ироническая эпопея про захолустный городок Великий Гусляр и его славного жителя Корнелия Удалова, «взрослый» цикл про космического доктора Владислава Павлыша и ещё многое-многое другое…

Одновременно с фантастом Булычёвым неустанно писал свои труды историк Можейко. Он выпустил несколько монографий, научно-популярные книги «7 и 37 чудес», «Пираты, корсары, рейдеры», «1185 год. Восток-Запад». А ещё – защитил докторскую диссертацию по теме «Буддизм в Бирме».

​

Надеюсь, вам будет интересен рассказ Кира Булычева «Воспитание Гаврилова», точнее два варианта этого рассказа, как начало размышления над темой «воспитание». Мы живем в переходное время, когда старые методы, в том числе и в педагогике, изживают себя. Поэтому нужно искать новые пути и тем самым выстраивать мост к педагогике будущего.

​

Варианты рассказа отличаются друг от друга тем, что в одном из них перевоспитание Коли Гаврилова происходит принудительно, с помощью приборчика, помогающего ему вырабатывать нужные рефлексы. А в другом – Коля сам решает стать воспитанным. И это хороший признак – подросток из объекта воспитания переходит на следующую, более высокую стадию: он становится субъектом и включает свою добрую волю, направленную к собственному преображению... 

​

Об этом можно найти подсказки у Святослава Рериха, который в своих книгах раскрывает перед нами ту таинственную энергетическую лабораторию внутреннего мира человека, которая начинает действовать, получая огненный импульс такой энергетической составляющей нашей жизни как устремление к более совершенному состоянию. Например, он пишет: «Наше внутреннее стремление к чему-то более совершенному, более прекрасному является той великой внутренней силой, которая изменяет нас и изменяет также нашу жизнь. Без этого внутреннего пламени человек не может разбудить в себе скрытые энергии и не может подняться на более высокий уровень знания и опыта. Это внутреннее стремление к своей кульминации пробуждает определенные нервы, которые являются проводниками скрытых энергий» (Святослав Рерих. Источники моего вдохновения /Рерих С. Стремиться к прекрасному. С. 62).

​

*    *    *

​

Кир Булычев

ВОСПИТАНИЕ ГАВРИЛОВА

 

Гаврилов рос без отца.
Отец где-то существовал и присылал телеграммы к праздникам. Мать боялась, что Гаврилов вырастет бездельником, и потому была к нему строга. В то же время отказывала себе во всем, чтобы ребенок был счастлив.Бездельника из Гаврилова не получилось, но и трудиться он не любил, и в классе не был первым учеником. А любил он читать, слушать очень громкую музыку, купаться, играть в волейбол, спать после обеда, а также утром, когда надо вставать в школу. По мнению жильцов дома 16 по Пушкинской улице, Гаврилов был плохо воспитан и груб. Вот с этими его качествами связана история, которую помнит старик Ложкин. Гаврилову тогда было пятнадцать лет. Он сидел на подоконнике и, включив на полную мощность систему, из которой несся голос певца Хампердинка, радовался июньскому солнцу.

(Подробно) http://bulichev.ru/text_Guslar_gusla018.htm

 

*    *    *

​

2 вариант рассказа, опубликованный в  журнале «Юный техник» 1976 год №4

​

Пенсионер Николай Иванович Ложкин возвращался домой автобусом. Ехал издалека, с лесопилки, и было время подумать на разные темы. Надо сказать, что в тот день Ложкина прихватил ревматизм и оттого он был склонен к печальным мыслям. 

Автобус был полон, Ложкин стоял в проходе, а перед ним сидел юноша спортивного типа, читал книгу о Штирлице, а когда надоедало читать, глядел в окно на пролетающие пейзажи. Ложкин ощущал в этом несправедливость, но как-то неловко было сказать: «Уступите мне место». Никто не любит признаваться в том, что он уже немолод. 
И тут, на остановке, вошла молодая женщина с младенцем на руках. Юноша, видно, ее заметил, потому что оторвал взгляд от пейзажей, и снова уткнулся в книжку. 
Ложкин не выдержал. 
— Молодой человек, — сказал он, дотрагиваясь до плеча юноши. 
Тот, не отрываясь от книжки, шевельнул плечом, чтобы избавиться от руки. 
— Поднимите взгляд! — приказал Ложкин. 
— А чего? — спросил юноша, не поднимая глаз. 
— Женщина стоит, с ребенком, — сообщил ему Ложкин. 
— Садитесь, — сказал мужчина с палкой, поднимаясь с соседнего места. 
— Ну что вы! — ответила женщина, видя, что мужчина на протезе. — Я постою. 
Юноша подвинул колени, чтобы дать инвалиду выйти, и продолжал читать книгу с таким упоением, словно слизывал глазами с ее страниц мед или компот. 
Вдруг сзади послышался голос: 
— Погодите, это не так делается. 
К юноше протолкался крепкий пожилой человек, ловко наклонился, подхватил читателя под коленки и вместе с ним покинул автобус. Юноша предпочел промолчать и делал вид, что продолжает с интересом читать про приключения Штирлица, а пассажиры смеялись. 
Домой Ложкин вернулся взволнованный и, встретив на дворе соседа по дому Александра Грубина, обрадовался, что нашел собеседника. 
— Что делать? — спросил он Губина. — Куда мы идем?! 
Грубин был известным в городе изобретателем, талантливым человеком, можно сказать, самородком. Выслушав драматический рассказ старика Ложкина, он сначала постарался его успокоить. 
— Может быть, — сказал он, — тот юноша просто был так увлечен чтением, что не замечал окружающего? 
Ложкин отрицательно покачал головой. 
Из окна, выходившего во двор, доносились громкие звуки музыки. Подросток Коля Гаврилов, обитавший в том же дворе, крутил магнитофон. Поэтому разговаривать приходилось громко, почти кричать. 
— В любом случае, — сказал Грубин, — этот юноша — исключение. Таких мало. 
— Встречаются, — не согласился Ложкин. — И с ними что-то надо делать. 

​

Далее: https://sufficit.ucoz.ru/stuff/junyj_tekhnik/vospitanie_gavrilova/2-1-0-249